Почему же Фрейд так настойчиво называл бессознательное ментальным, почему он просто не отнёс все несознательное к физической сфере, как это делали все психиатры до него? (И в самом деле, для того чтобы удовлетворить неврологов, ему пришлось изобрести концепцию «соматической податливости», в которой говорится, что определенное состояние тела предрасполагает разум к тому, чтобы потерять часть своего содержания, переходящую в бессознательное, – так что теперь у него оказалось уже не три, а четыре элемента!)

Дело в том, что влияние, которое «бессознательное» оказывает на разум и тело, обладает качествами, характерными для мышления: это целенаправленная, осмысленная, намеренная, символическая организация опыта. Во влиянии «бессознательного» присутствуют все качества, характерные для мышления, не хватает лишь одного – оно не сознательно. Более того, когда содержание бессознательного попадает в сознание, сознательный опыт изменяется точно так же, как при концентрации внимания на прежде незаметном содержании сознательного мышления, например, при концентрации на воспоминаниях и привычках.

Так что, в конце концов Фрейд выявил пять элементов: сознательное мышление, подсознательное мышление (воспоминания и тому подобное), бессознательное мышление, соматическую податливость и соматику. Сознательное – это намерения, которые поддаются интроспекции, подсознание – это намерения, которые находятся за гранью сознания, но могут стать сознательными, если на них обратить внимание, при этом внимание -это сознательная сила; бессознательное – это намерения, которые самость не может сделать сознательными с помощью сознательных действий (вот тут-то и возникла психотерапия, обладающая странной способностью делать известным то, что невозможно узнать в принципе); соматическая податливость и соматика не являются намерениями.